Подстрочник души

 

 

Не правда ль,

странные стихи:

Ни рифмы, ни изысканности прежней

Стихов минувших лет -

в них нет.

Но тщусь (таким старинным словом

Обозначали напрасное желанье)

Рассказать о чувствах и тяжелых думах,

Что теснятся в душе моей и мозге.

(Пусть физиологи твердят, что это место

Одно и то же; пусть они правы;

Но где таких людей встречали вы,

Которым удавалось головою

Смирять несносных чувств

беспечную гурьбу)

Стихи мои - подстрочник чувств и мыслей.

И как хозяин их, они не обрели

Покоя; ложа нет у них, которым

Мягко, нетревожно

они бы следовать могли.

А втискивать в прокрустовы пределы

Слова, в которые они облечены,

И, чтобы не высовывалось тело,

Его рубить; или растягивать,

коль коротко окажется,

Мне не хотелось.

Пускай бурлит, перебирая камни,

Но остается свежим и прозрачным

Поток, несущий их.

Быть может, захочется кому-то,

Ладонью зачерпнув, напиться здесь

Иль освежить уставшее лицо.

Я рад тому. Но не обижусь

странникам,

Идущим мимо,

на поиск рек своих

И дальних островов.

 

---------------

 

 

Сократу

 

С чего все началось? С Ксантиппы может?

Нет, думаю, намного раньше.

Вот только не дошли до нас

Те сплетни. Но, несомненно, когда художник,

Изобразив во мраке Альтамиры

Охоту на разгневанных бизонов,

Явился, торжествуя, на порог

Своей немного покосившейся землянки,

Его встречала грозная жена

С оравою голодных ребятишек.

И хорошо, что те слова,

Которые она произносила,

До нас не долетели. Мне неудобно

Было б приводить их. Но, поверьте,

Они звучали примерно также,

Как слова Ксантиппы, обращенные

К Сократу: "Ты все мечтаешь?

Как пень застыв, общаешься с творцом?

А что б ты ел, когда я тоже

Задумала бы эдак постоять?

Творишь ты? Слышала я эти разговоры.

Все болтовня. Ты просто эгоист.

Вон крыша валится. В горшке зерна ни крошки.

Что толку от твоих творений,

Коль дети голодны с утра,

А я с усталости едва передвигаюсь.

По молодости верила тебе, как дура.

Теперь не стану. Поди-ка сына покачай,

Пока я тесто замешу. Спасибо дед принес".

Ну, что ж, она права. Да, да, права.

Она ведь мать. Она и женщина;

Ей хочется покрасоваться перед зеркалом

В нарядах, украшеньях,

И жить, как все, сегодня и вчера.

Но, как ни осуждай Сократа,

Он все равно общаться будет с богом -

Недвижим на снегу средь суеты и зла.

 

 

 

-----------------------------

 

 

Я с некоторых пор заклялся посещать

Картинных галерей громадные собранья.

И грустно в них и скучно бесконечно.

Кому позволил вкус все это собирать

И гроздьями навешивать на стены?

Тут впору перед каждой постоять,

Подумать, проникнуться судьбой героев,

Живописца, полотна, владельцев.

И месяца не хватит для того.

А мы бахвалимся, что в день один

Изволили почтить своим присутствием

Весь Эрмитаж и Русский

(Сначала оббежав Гостинный и Пассаж).

 

Нас уверяют, будто так народу доступней,

Ближе высокое искусство стало.

Но скажите, разве фараоны запрет

Накладывали на рабов своих,

Чтоб не ходили мимо пирамид

И не молились в храмах величавых?

Или в Афинах древних, в Риме

Пришло на ум кому сгрудить

В одном доступном месте

Всех Аполлонов, Зевсов, Афродит

И тысячи героев олимпийских

Лишь для того, чтобы народу

Удобно было им молиться

И наслаждаться общением с прекрасным?

 

Вот тут висит венецианский дож,

А рядом - весь раззолоченный, тосканский

герцог.

При жизни ненавидели друг друга,

А мы сподобили их дружбу завести.

А вот мадонн отличная шеренга:

Кто кормит, кто уж накормил,

Все скучные и не святые лица.

Пожалуй, гораздо краше жена моя,

Склонившаяся над ребенком,

Когда он спит в кроватке.

 

Послушайте, а что если собрать

Под крышею одной всех музыкальных инструментов

Галерею: органы, скрипки, трубы, арфы?

И пусть бы непрерывно там играли

Хоралы Баха, фуги Паганини, Бетховена сонаты,

А мы бы вереницей мимо шли,

И, умиляясь, вздыхали чувственно

Той какофонии звуков.

Тогда иметь возможность будет каждый

В один присест познать громаду звуков,

Дошедшую через столетья

И сотворенную сейчас.

 

 

-------------------------------

 

 

Как-будто судьбу свою

Мы выбираем сами.

Но отчего на выбранном пути

Случаются несчастья.

Прекрасный ровный тракт,

Цветы сопровождают шаг.

Развилка вот. Решил свернуть.

Но вдруг досадная случайность.

А если выбрал бы другую,

До старости, возможно, дожил.

 

А иногда удары мельче,

А ты идешь, надеясь, что кончатся они,

Палач пресытится или поймет.

Тщетна надежда. Не видел я

Таких мучителей, которых

Тревожили бы страдания мои.

У них свои заботы и правила души,

И, мучая, они себя жалеют.

А жертвы? Вот ирония:

Вернись, пойди спокойною дорогой.

А вот ползем, надеясь повезет,

Покуда вздох последний не испустим.

 

 

 

 

Hosted by uCoz